[Предыдущая история] [Следующая история]
16 октября 2004 Живое слово. - Документики предъявить попрошу… Антон нехотя оторвал обалдевший взгляд от потрепанной, в мягком переплете, книжонки и посмотрел в переносицу небритому представителю закона. Думать было тяжко. Среди обрывков мыслей в голове Антона проносились коричневый творог, головы в тесте, ведро живых вшей, белый червь и совсем уж непонятное молочное бридо. Виною тому была книжка, на обложке которой юный октябренок с внешностью херувима, золотисто белыми кудрями и прекрасными пронзительно яркими голубыми глазами сжимал в зубах трупик крысы. По подбородку малыша стекали струйки крысиной крови. Эту фантасмагорическую картину венчала гордая надпись: «Владимир Сорокин. Утро Снайпера. Издательство «Ad Marginem». - Что-то ты какой-то шибзнутый, - обрадовалась рука закона. - пойдем-ка досмотримся. В милицейской будочке скучали двое курсантов-пилютовцев. - Вещи из карманов на стол, рукава и штанины закатать, - распорядился страж порядка. - Молодые, учимся искать нычки! Обрадованные, нежданным развлечением, юные практиканты принялись старательно изучать вещи и документы Антона на предмет обнаружения наркотических, средств, психотропных веществ и их прекурсоров. Между тем, сам себя оставивший не удел ветеран борьбы с наркошпаной, решив продемонстрировать, что даже сотрудникам милиции не чужда тяга к самосовершенствованию, с видом заправского библиофила взял в руки творение извращенца Сорокина. Бегло изучив содержание, нарисовав на лице снисходительную усмешку полис-офисер захлопнул книгу и… взгляд его упал на злополучную иллюстрацию на обложке. Видимо, подобная живопись стала слишком серьезным ударом по психике даже для бывалого борца с преступностью. - Это… это что еще за дерьмо...? - Выдавил из себя железный бабкосек. - и оторопело уставился на Антона. - Это… это… … … книга… - Выдавил из себя бедолага Антон и лишь спустя несколько секунд понял ЧТО он ляпнул. Из-за спины робокопа донеслись глухие хлюпающие звуки - курсанты-пилютовцы безуспешно пытались сделать вид, что они оба разом закашлялись… Я навестил Антона на следующий день в отделении травматологии Александровской больницы. Принес долгожданные сигареты, банку сгущенки и журнал «Мулен руж». - Ты знаешь, - сказал Антон, выпуская кольца дыма в направлении здания морга. - А все-таки Сорокин великий русский писатель! Я это, можно сказать, собственной печенью прочувствовал! Разве возникли бы вопросы, если бы на тот момент у меня в руках оказался «Ночной дозор» бездаря Лукъяненко? Историю рассказал(a) Виктор Банев
