[Предыдущая история] [Следующая история]
6 ноября 2004 Нина Владимировна имела музыкальное образование, которое и применяла в одной из музыкальных школ города Новороссийска. Она преподавала хоровое пение. И еще что-то там вроде сольфеджио. Хоровое искусство она любила. Ей нравилось разучивать с хором новые песни. Беда была в том, что в детском хоре категорически отсутствовали третьи голоса. Очень редко встречались вторые. А такими голосами только «Вместе весело шагать по просторам» петь. Никакой понимаете героики, пафоса и мужественности. А хотелось. Третьи голоса были у курсантов НВИМУ, но в музыкальную школу на репетиции их не отпустят, а если отпустят, то они не доедут. Мне даже страшно себе представить, сколько бы мы выпивали пива, если бы нам его еще и рекламировали. Тяжело наверное сейчас курсантам НГМА? Отвлекся, сори, пойду за пивком. * * * И-и-эх! Хорошо! Надо руки помыть, а то клавиатура копченой скумбрией скоро запахнет уже. Хотя, тогда ею можно будет занюхивать напитки покрепче. Так вот значит, приехала в НВИМУ упомянутая мною Нина Владимировна и в организационно строевом отделе призналась в своем желании руководить хором мужественных голосов. Тогдашний начальник отдела Б. Н. Сверкунов до того проникся любовью к художественной самодеятельности, что, поинтересовавшись, не повредят ли занятия хоровым пением строевой подготовке, разрешил ей тут же начать формировать коллектив. Данное творческое объединение создавалось на базе все той же 14-й роты, поскольку считалось, будто радисты - люди более серьезные и ответственные. Этот постулат мы начали опровергать со второго курса и совершенные нами поступки, особенно в последние годы обучения, до сих пор заставляют меня краснеть до корней оставшихся и местами поседевших волос, но со стен училища мы вышли командирами торгового флота. Можно сказать элитой. Хорошо, когда есть пиво в холодильнике!! * * * Отобрав курсантов со слухом, слабым слухом и полным его отсутствием, приступили к репетициям. Занятий через пять хор заметно поредел. Ушли люди без голоса. Остались с голосом и интересом, который заключался в частенько реализуемой возможности сходить на встречу с любимой, не дожидаясь увольнения выходного дня. Мечтательная глубина глаз, наблюдаемая после репетиций у таких курсачей, в которой без труда тонул командир роты по прозвищу «Перископ» убеждала последнего в волшебной силе искусства. Лично я был просто с голосом и выпевал «Споемте друзья, ведь завтра в поход…» исключительно из любви к искусству и редкого освобождения от нарядов. Хорошо также выходило: «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат». Ну кто бы в детской музыкальной школе так спел? Она держала хор на кончиках пальцев. (Подробнее об этом эффекте читайте у Вики («Уж как пал туман»)). В ожидании нашего дирижера нам больше нравилось петь только появившиеся на кассетах песни А. Розенбаума и, если уже в «железных братьях» (автоматы по продаже пива - 20 коп кружка) собиралось более трех участников хора, то народ имел возможность бесплатно прослушать, что «Только шашка казаку во степи подруга, только шашка казаку в степи жена». Что-то взгрустнулось. Я так хочу, чтобы пиво не кончалось. * * * Фу-ух. Только икота закончилась. Ну почему и откуда она берется? Неужели только из-за того, что пиво я полирнул портвейном? Много еще загадок на нашей планете и наш с вами долг - разгадывать их по мере сил. Именно поэтому я все-таки допью портвейн, чтобы подтвердить или опровергнуть возникшую теорию. Но, мы кажется рассуждали о хоровом искусстве? Все труднее удержать нить повествования, когда основная мысль крутится вокруг пол бутылки портвейна «Ливадия», оставленного на кухне. Ага! И был конкурс - смотр факультетской самодеятельности, а дирижера не было. Опаздывала дирижер или задерживалась. Сумевшие собраться представители хорового коллектива томились ожиданием. Некоторые из них, среди которых и ваш покорный слуга, считали присутствие дирижера даже необязательным. Не дождались. Объявили. Спели «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат, пусть солдаты немно-о-го поспят». Далее по всем правилам мы сделали паузу, нарушить которую никто не решился. Хор стоял и молчал, моргая в негусто забитый зрительный зал. Положение спас Игорь Нарядов («отец»), который изобразил солиста и оперным басом затянул: «Под зарю вечернюю солнце к речке клонит». Валера Краснобаев («мама») тут же поддержал его фортепианным аккомпанементом, а припев хор уже грянул действительно безо всякого дирижера: «Только пуля казака во степи догонит, только пуля казака с коня собьет». Не буду врать насчет первого места: не помню, но люди, слышавшие эту песню в нашем исполнении еще долго говорили мне, что Розенбаум пишет превосходные песни, но петь их не умеет. Ладно, пойду на кухню допивать портвейн. ЗЫ: Фамилии я помню, просто изменил немного. :-) Garry (sir) (sim-2@mail.ru) Историю рассказал(a) Garry
