[Предыдущая история] [Следующая история]
17 февраля 1998 Звонят нам в травмотделение из центрального приемного: - Примите суицид. Бросился в окно из одиннадцатого этажа. Чего ж, думаем, там принимать. Мы же не морг. Подъезжает перевозка. Вылезает сестра, за ней мужик, водкой за три метра разит. Кисти, предплечья - везде резаные раны, шея забинтована. Спрашиваем у сестры: - Этот, что ли, с одиннадцатого вылетел? - Этот. Но не полетал, орел. В стекле застрял. Мужик проходит, на кушетку садится, улыбается: - Курить можно здесь? Жаль. Классные у вас тут телки. В смысле, сестры. Такая черненькая, высокая, она по каким дням дежурит? Сейчас не об этом, говорим, перейдем к разбору полетов. - А хрена там разбирать? Пришел домой, доза обычная. Так нет, набросились как волки, и жена, и теща, гав-гав, тварь, алкаш... А я землекоп - поди, помаши лопатой без стакана. Исчезните, говорю, а то или вас замочу, или с собой чего сделаю. А теща мне - чтоб ты сдох, кобель. Это я кобель. А у меня, как назло... , короче, последний месяц ни на одну бабу не смотрел, только с женой. Ну, блядь, думаю... - Не матерись здесь. - Извините. Ну, блядь, думаю, ну как бы мне так сделать, чтобы эти морды поганые никогда не видеть больше? Вскочил и рыбкой в окно... - Так ты что, действительно выпрыгнуть хотел? - Вы, если бы эти будки видели, таких вопросов бы не задавали. Конечно. А уже когда летел, передумал. Лучше, думаю, я их просто пугну. Эффектнее будет. Да поздно уже было, руками и головой-то стекло я уже пробил. А тут сверху еще стекло это блядское обвалилось и шею мне зажало, внизу ж тоже стекло торчит. Капкан. Жена орет, а теща, нервы сталинские, - ты, сучок, или туда, или сюда. Ах, думаю, мамаша, вы так ставите вопрос? Тогда обое полетим, прям как в "Служили два товарища", только вылезу сначала. Жене кричу, подойди, подними стекло. А мать ее - не подходи, он выпрыгнет, а потом скажет, что это ты его с одиннадцатого этажа пихнула. Вот дура. Я говорю, мне голову сейчас отрежет, я уж не могу больше стекло держать. А эта стерва - ты, говорит, много не потеряешь, жалко, что ты другим местом не застрял, чтоб отрезало. Вот дура. То-то дочка бы обрадовалась. Издевалась долго еще, Геббельс, вытащим, мол, если блядовать перестанешь, муйню всякую. А я затих себе, вроде как самолет, одиннадцатый этаж, кругом звезды, к теще жопой ... - Как же тебя вытащили? - А-а, пришли ... помощнички ... милиция, сосед-пидарас ... Повели его шить. Он поворачивается: - А вообще я не жалею. Прямо, как у Пушкина получилось - "Мужик, я видел небо!". Историю рассказал(a) Филипп
